СТАНОВЛЕНИЕ МЕДИЦИНЫ. Арабские врачи

-В_£1ранах Азии и Африки, в которых ислам утвердил свое господство, он проник и R медин,ид£иШР_.]Н![Ь11М£??_р_! и мы должны именно в этом свете рассматривать всю медицину, начиная с VII века и до нашего времени. Ибо ислам с его простыми формулировками, не оставлявшими никаких сомнений, дал в Коране сводку предписаи ^'предостережении, которые служили, так сказать, нрак-.тическим руководством и оказывали большоё~шшяние^а заботу о здоровье населения.
Мы не можем сказать, следует ли и в настоящее время рассматривать предписания Корана как гигиенически ценные указания, действительно ли они порождены опытом и соображениями, относящимися к медицине, или же возникли на почве религиозного мышления и мироощущения, подобно прочим законам и запретам. Их влияние на здоровье народа было во всяком случае значительным, и народы Востока, исповедовавшие ислам, должны быть за это благодарны основателям их религии. Если европейцы, посещавшие страны Востока, сообщили, что народы, исповедовавшие ислам, были самыми чистоплотными в мире, то это заслуга магометанского вероучения, содержащего также и предписания, которые впоследствии были названы санитарными.
Но медицинским мышлением это не было. .Медицина ислама с самого начала сводилась к собираншо, приведе- .нию в порядок_.и истолкованию древнегреческой.ж;ЁДИДИ-ны, обогащенной сведениями, заимствованными из Ин-ЛикЬ_-И/рана и Египта и объединенными в сочинениях, -Которые впоследствии стали достояниш~таюке~Ъ европейских врачей и в течение некоторого в_р_емени оставались даже_после того, как Парацельс предал jT^11МНМ^1_у введения многих лекарств; благодаря, им до нас также дошли сочинения Гиппократа; но творческим, пролагавшим новые пути мышлением они не отличались; их труды были главным образом компиляциями.
-Большое значение Авиценны было в сущности снова_гз_Ш52П\7~в тысячелетие
IierjgHec в Европу высокую культуру Востока. Его вели-к а я jsac/iyra заключается в создании им р уководства попротяжении последнего столетия имя Авиценны уже нй-чего не говорило даже врачам со дня его рождения, во всех медицинских центрах отмечался юбилей этого великого арабского врача.
Узиценпа обогатил знания врачей школы Гиппократа и вр_ач^ёи7ШШОЕЖфрдкй также и своими собственными мыслями и наблюдениями. Если он говорит, например, о значении воды для здорового и больного организма, то он рассматривает воду обстоятельно, в духе медицины Гиппократа. По его мнению, дело не только в том, чтобы вода была чиста; следует также обращать внимание и на русло реки, из которой она была взята, и на почву, с которой она соприкасалась, так как песчаная почва лучше, чем каменистая, и очищает воду лучше, чем всякая другая. Но не безразлично, каково течение в реке или в ручье — быстрое или медленное. Важен и запах земли, по которой течет вода. Авиценну особенно интересовала ледяная вода, которую охотно пили, R больших        ТГ
В городах часто имелись свои устройства для получения льда...Он учил путешественников простым способом фильтровать воду, которукИшш . собирались пить, чтобы она. Была здоровым питьем
В те времена и в той стране врач всегда был, как и среди последователей Гиппократа, также и философом; поэтому мы находим у Авиценны философские и религиозно-догматические высказывания, что соответствовало положениям ислама и воле калифов, на службе у которых Авиценна находился как лейб-медик. Но все же в некоторых из его многочисленных сочинений (а их было около ста), можно усмотреть антидогматическую, оппозиционную струю, и в них мы всегда находим указания на то, какой образ жизни человек должен вести и каким должно быть его поведение; именно на основании этих замечаний можно судить обо всем мышлении Авиценны. На сумме всех этих качеств, вероятно, и основано долголетие «Канона», который отошел на второй план только тогда, когда к его поучительному медицинскому содержанию можно было прибавить нечто лучшее.
От Гиппократа, учения которого Авиценна   усердно лсдользовал, он отличался_не только тем, что он включилщшания, как сочинения Гиппократа. Но в своем мышле-нюГТШщёТШГпримыкает к Гиппократу: он принимает^ основное y4eHii,e..o._cp.Kajtt_icoTopoe в то время уже~~б'ьГло разработано и_дополнено всевозможными со^щстически-м?Гмуд1Гст1юваниями7~В~сё~это было обога!ценосо§ствён:~ ным опытом, и своеобразные мысли, которые часто можно найти у Авиценны, соответствовали потребностям времени и его стремлениям в науке. Но из его сочинения часто вырывается яркий луч гуманистического движения вперед, отказ от догматических положений, ограниченный условиями времени, но все-таки достаточно заметный, чтобы придать его образу особую выразительность.
Гиппократу принадлежит положение:   «Врач, кото-_ рый является также и философом^равен богам»._Дтй сло-_3а_ни1с кому не подход5гтл^шпеГчём к^Мойсё1оГ. Маймони врачам, так как он, хотя был евреем, вполне воспринял дух арабской медицины, которую многим обогатил. Н(з _бЕПжл_не только врачом, но и философом.
^Утобы сохранить свое тело здоровым и сильным, следует вести радостный образ жизни. Ведь если человек болен, то нельзя Понять ни слова из того, что относится к познанию бога, проникнуть в смысл этого познания или его сохранить». Эта вера в бога, однако, не помешала Май'мониду высказать положение, что избавление от забот не следует поручать одному только богу. Больной сам должен стараться выздороветь и притом с помощью врачей. Маймонид был противником каких бы то ни было суеверий, противником применения амулетов и астрологии. «Все взгляды астрологов — одни только сновидения и пустые порождения фантазии. В молодости я много занимался этим учением и полагаю, что в арабской литературе нет ни одной книги по этому вопросу, которой я не прочитал бы и над которой не подумал. Могу утверждать, что учения астрологов, гласящие, что судьба и благополучие человека определяются положением созвездий, лишены всякого научного основания и являются просто глупостью»
Написать это осмелился человек, живший в XI веке при египетском дворе, где он был лейб-медиком. Во мно-гих его сочинениях по медицине на первый план выступают гигиенически-профилактические предписания, причем Маймонид особенно подчеркивает значение правильной работы кишечника и важность физических упражнений. Др.и каждом заболевании тела он дрлдалал значение также З^стготШё'нию и улучшен!то_н^строения, чего он надеялся достигнуть щи^_ггсщощи музыки, т. е. _тер.апии музыкой, к KOTorjoficHoja_jn^jTg_rirjiii6eraTb в на-ще. время. 1)н хотел повыс1ТтУэтимГ*«животщю_силу».
В~его правилах по сохранению здоровья даются указания насчет образа жизни в целом, в частности насчет диететики. М_аймонид велит есть ржаной хлеб; это тоже современная мысль.' ~Он, несомненно, был~вьГдаю-щимся врачом и изо дня в день работал до изнеможения.
Также и о нем можно сказать, что__его значение не в от-.крытии или разработке нового, обеспечившего существенный успех в медицине, но в ясном понимании тогог что
.необходимо, чтобы сохранить тело__1^ душу   здоровыми. Это был выдающийся врач, но не пионер!медицине.
Он мыслил как гигиенист и как евгенист, так как давал указания относительно половой жизни и начинал их с требования, чтобы жених и невеста перед вступлением в брак подвергались исследованию и чтобы выяснились их возможности иметь здоровых детей.
■-Маймонид является подлинным учеником Аристотеля, перенесшим его учение R страны Запада. Ибо в Май-мониде аристотелево познание природы   соединялось с.
.этикой, метафизикой и религиозностью, причем вс£_здщ.элементы определяли и его собственное медицинское .мышление, .Для^него религия, конечно, была.не догмой, а_выполнением заповедей. Как глубоко религиозный чело-век он говорил, что догма нужна толпе, но образованный lU и поэтому должен искать ее под внешней формой заповедей, Маймонид-1_а£сомненно, был одним из самых своеоб-раз'иых врачей, и все вскоре это признали. Его влияние на Альберта Великого, а затем на Эккарта бесспорно. Но в глазах современников он был лишь искусным практи врачом^получавшпмиз всех концов тогдашнего
мир_а_пйсь1?аТвкото^нУ]у него просили совета. Как следует из сказанного выше, для него были ясны и психосоматические связи, что и не удивительно. Доказательством этому может служить следующий его письменный ответ как эксперта: «Мы видим, как человек крепкого телосложения, с громким голосом, румяный, если он неожиданно получает очень печальное известие, сразу бледнеет, блеск его глаз исчезает, осанка пропадает, голос слабеет, пульс становится меньше, глаза западают в орбиты, кожа стапонится холодной, аппетит исчезает. Причиной всего 'лого является отступление природной теплоты и крови в глубь тела. Наоборот, мы видим, что у человека слабого телосложения, с нежным цветом кожи, сила тела укрепляется, если он получает радостную весть; голос у него становится тверже, глаза блестят, пульс усиливается, кожа становится теплее».
Это — правильное психосоматическое мышление в современном смысле. Таков был Маймонид из Кордовы, вскоре утративший отечество и затем принадлежавший всему миру.