Измененные состояния сознания. Экстатические состояния, в том или иномвиде, предстают в качестве наиболее глубинной формы традиционной ритуальнойпсихотерапии В поисках психотерапевтической компенсации. НОУ-ХАУ ТРАДИЦИОННОЙМЕДИЦИНЫ

Экстатические состояния, в том или ином виде, предстают в качестве наиболее глубинной формы традиционной ритуальной психотерапии. Следует подчеркнуть, что объектом воздействия ритуальной психотерапии являются фактически здоровые люди, но испытывающие эмоциональный стресс.
Экстатические состояния в рамках ритуальной психотерапии охватывают широкий спектр явлений, существующих в жизни общества и затрагивающих внутренний мир человека.
Для того чтобы проанализировать и понять столь многообразное явление, необходимо выделить некоторую общую часть в его функционировании. Для этой цели обратимся к понятию «измененные состояния сознания» (ИСС), используемое в психологической антропологии. Чтобы объяснить распространение какого-либо явления, необходимо:
выяснить роль и назначение его в жизни социальной общности и психологических особенностях деятельности индивида;
выявить его основы во внутриорганизменных процессах функционирования индивида (физиолого-биохимические механизмы);
определить значение его с позиций включенности человека в окружающие экологические взаимосвязи.
Подчеркнем, что измененные состояния сознания выражаются не только в субъективных ощущениях — психически, но и в соматических (телесных) внутриорганизменных трансформациях. Каковы же специфические черты, свойственные этим состояниям?
В книге американского антрополога Эрики Бургиньон «Психологическая антропология» (1979) выделяются следующие особенности ИСС:
изменения в ощущениях, восприятии, мышлении;
потеря ощущения времени и контроля;
изменение в выражении эмоций, в восприятии своего собственного тела;
сужение или расширение границ собственного «Я»;
растворение собственного «Я», сверхвнушаемость и др.
Какие же явления отвечают перечисленным признакам?
Это религиозный и сексуальный экстазы, ритуальный транс, состояние гипноза, сон в активной фазе (сновидений), состояния просветления, озарения («сатори» — в восточных культах), ощущения человека в кризисных состояниях (например, перед смертью) , состояния, переживаемые в трансперсональной медитации. Также и комплекс явлений, названный американским психологом А. Маслоу «высшими переживаниями», — ощущения в процессе или в результате одухотворенной деятельности. Это высшие точки творческого переживания, вдохновения, и мгновения экстаза от восприятия красоты природы и духа также можно к ним отнести.
Нередко возникают возражения против объединения столь разнородных явлений в одно целое, например сновидений. Поэтому рассмотрим, соответствует ли данный феномен признакам измененного состояния сознания?
Речь идет о той фазе сна, в которой мы видим сновидения: имеются ли во сне изменения наших ощущений? Что означает восприятие особых, неведомых наяву состояний? — Судите сами: во сне человек может не чувствовать своего тела или потерю его в весе — летать. Теряет ли человек чувство времени во время сновидений? — Такие явления наблюдаются. А можем ли мы контролировать свое поведение во сне? — Нет.
Еще один важный признак — сверхвнушаемость или потеря критичности: во сне часто отмечается уверенность в реальности происходящего, оно эмоционально переживается. Хотя во сне иногда проявляется вмешательство рационального «Я» — в желании проснуться, выйти из неприятной ситуации.
Важно подчеркнуть, что лишение сна либо регулярный краткосрочный сон — элементы техники вхождения в транс, используемой в традиционном обществе наряду с сенсорным голодом, физическим стрессом, ритмической музыкой и танцами.
Примечательно, что намеренное вхождение в ИСС может достигаться прямо противоположными действиями: и отсутствием эмоциональных впечатлений, тишиной, и избытком эмоциональной активности. При длительном недостатке сна организм человека как бы компенсирует его, дополняет с помощью ИСС в форме видений наяву или в какой-либо другой форме. То же касается ощущений людей, долгое время лишенных сенсорной информации: они слышат музыку, голоса людей и тому подобные явления в длительных путешествиях, в сурдокамере, в космических полетах.
Это не редкость в экстремальных условиях. В качестве примера влияния сенсорной депривации приведем ощущения Христины Риттер, проведшей 60 суток в условиях полярной ночи на Шпицбергене: часто возникало чувство всеобщей гармонии, особого смысла окружающего мира. Она чувствовала, что как бы воедино слилась со Вселенной. У нее развивалось состояние любви к этой ситуации, сопровождавшееся очарованием и галлюцинациями. Эту любовь она сравнивала с состоянием, которое испытывают люди при приеме наркотиков или в религиозном экстазе.
Вполне можно предположить, что таким способом человек защищается от перенапряжений и стрессов, что так срабатывает психологическая защита.
Именно такую функцию несут экстатические ритуалы в традиционных обществах. Это своеобразная вакцинация против психозов и неврозов, которая повышает психологическую стабильность общности путем провоцирования одержимых состояний, сходных по форме с патологическими.
Но явления ИСС могут быть и менее тотальными. Психотерапевтическое назначение их может быть ограничено преодолением дискомфорта, повышенной раздражительности, разлада с самим собой и в отношениях с другими людьми. Сон, например, снимает дис-балансированность, приводит к гармонизации, согласованности. Смысл такого рода реакций человека состоит в компенсации, своеобразном дополнении того, что не хватает ему для нормального функционирования в тех или иных трудных условиях. Этим поддерживается психологическая стабильность и активизируются энергетические резервы человека.
В жизни современного общества постоянно воспроизводятся условия, необходимые для вхождения в ИСС: это и сенсорный голод, стресс, отчужденность, недостаток эмоционального общения. К этому надо добавить блокировку эмоций, являющихся энергетическим фундаментом жизнедеятельности человека. Поиск обходных способов высвобождения, как правило, ведет не к гармонизации, а к разбалансировке отношений индивида с самим собой и окружением.
Это выражается в агрессивности, враждебности по отношению к окружающим, может приводить к психологическим расстройствам — вплоть, до психоза. Нередко нереализованная психическая энергия направляет удар по внутриорганизменным, автоматически регулируемым процессам, что приводит к нарушению функционирования и к различным патологиям (ишемическая болезнь сердца, язва желудка и т.д.).
В этой связи задача психотерапии, индивидуальной и групповой, — противостоять патологическим тенденциям, преодолеть рассогласованность с самим собой, с окружающими, повысить уровень коммуникабельности, развить способность к общению. Другими словами, сформировать установку к самореализации.
Например, А.Маслоу полагает, что основная цель всех видов терапии — самоактуализация, предельным выражением которой являются «высшие переживания». В своей книге «Мотивация и личность» он так описывает впечатления людей о своих «высших переживаниях»:
«...сужение поля зрения, одновременно чувство прилива сил и ни с чем не сравнимой беспомощности, ощущение возвышенного экстаза, потери ориентировки во времени и пространстве и, наконец, сознание того, что произошло что-то очень важное и значительное, ценное».
Существенная черта «высших переживаний» — достижение большей целостности во внутриорганизменном функционировании человека и в интеграции индивида с внешним миром. Вероятно, полагает А.Маслоу, «высшие переживания» есть интенсификация любого переживания, в котором присутствует потеря «Я» или его границ, забывание себя.
Одной из важнейших черт, необходимых для достижения гармонии, считает он чувство прекрасного, формирование которого должно быть сверхзадачей обучения. Научить человека слышать и видеть красоту, сопереживать — именно на этой основе возможен один из видов психотерапии, использующих механизмы, заложенные в восприятии искусства. Человек в процессе восприятия произведения искусства сопереживает, становится соучастником действия. В каком-то смысле он погружается в поток описываемых или показываемых событий, полностью отдавая происходящему на время частицу своего «Я». Просветляющее влияние искусства подобно очищающему действию грозы, которой предшествовало мучительное «конфликтное» предгрозовое состояние.
В этом смысле символичен финал фильма А.Тарковского «Андрей Рублев»: гроза и теплый легкий дождь, подсвеченный солнцем, после мучительных творческих поисков главного героя, в жизни, полной страдания. Эта сцена несет в себе гармоническое начало, символизирует блаженство, и зрители ощущают легкость и просветление.
Восприятие произведений искусства, связанное с наслаждением, блаженством, есть также ИСС, подобные «высшие переживания» во многих чертах соответствуют определению, приведенному ранее. Вот описание такого влияния (в рассказе Л.Н.Толстого «Крей-церова соната»):
«Музыка заставляет меня забывать себя, мое истинное положение, она переносит меня в какое-то другое, не свое положение. Она непосредственно переносит меня в то душевное состояние, в котором находился тот, кто писал музыку».
Искусство гармонизирует наши чувства, вносит определенный порядок в наши души. И для этого необходимо определенное эмоциональное созвучие внутреннему состоянию человека, согласование между ним и произведением искусства, будь оно в классической или в современной форме. Состояние эйфории, блаженства (экстаза) — непременный элемент практически всех ИСС. Сосредоточимся на ощущениях человека, испытывающего высшие переживания, блаженство.
«Этот ряд переживаний со все уменьшающейся экстраверсией («отпад». — Прим.ред.) заканчивается состояниями экстатического счастья, когда «Я» всецело захвачено чувством, когда в субьективном восприятии исчезает внешний мир, когда человек находится вне времени и вне пространства, он «вне себя». Это точное значение слова «экстаз» (В.С.Дерябин. Психология личности и высшая нервная деятельность. — Л., 1980).
Состояние блаженства перед эпилептическим припадком описывает Ф.М.Достоевский в романе «Идиот»:
«Ощущение жизни, самосознания почти удесятирилось в эти мгновения, продолжавшиеся как молния. Ум, сердце озарялись необыкновенным светом, все волнения, все сомнения его, все беспокойства как бы умиротворялись разом, разрешались в какое-то высшее спокойствие, полное ясной гармонической радости и надежды, полное разума и окончательной причины».