Санинструктор Женя

Когда в мае 1944 года наши войска начали освобождение Севастополя, самые ожесточенные и кровопролитные бои разгорелись у «каменного пояса» на подступах к городу—на Сапун-горе. Девять часов длился ее штурм. Артиллеристы, пехотинцы, саперы упорно сражались за каждую траншею, за каждый выступ, показывая примеры небывалой храбрости и отваги.
Прошли годы, и на некогда голых камнях люди вырастили сад. Цветут каштаны, сирень, розы, а весной по склонам разливается красное половодье маков: словно цветами памяти всходит кровь павших.
На вершине горы у обелиска Славы горит Вечный огонь. Тенистая аллея ведет к белому полукруглому зданию, в котором развернута диорама «Штурм Сапун-горы 7 мая 1944 года». На живописном полотне волею художников как бы остановлен решающий момент штурма: все, кто еще жив, поднялись в едином порыве, в последнем броске. Каждая фигура—реальный человек, а все вместе они воплощают величественный подвиг освободителей Севастополя.
Почти в центре полотна изображена девушка в морской форме, которая перевязывает раненого. Санинструктор Женя Дерюгина олицетворяет собой сестер милосердия, которые прошли через все тяготы героической обороны и освобождения Севастополя.
Сегодня именем Дерюгиной названы улицы в Севастополе и Симферополе, его с гордостью носят пионерские отряды в школах этих городов, медицинское училище в Севастополе. О ратных делах комсомолки можно узнать в музеях Черноморского флота и Героической обороны и освобождения Севастополя, из мемориальной экспозиции медицинского училища и материалов, собранных в судостроительном техникуме, где Женя училась.
Ей едва исполнилось восемнадцать, когда грянула Великая Отечественная война. В Симферополь, к родителям, полетела телеграмма с просьбой разрешить стать в ряды защитников Родины. Ответ пришел незамедлительно, и ровно через месяц Женя—учащаяся судостроительного техникума, окончив курсы медсестер, надела военную форму.
Боевое крещение она приняла под Одессой. Уже в первых боях маленькая черноволосая девчонка поразила не только силой и выносливостью, но и бесстрашием. Морские пехотинцы, как могли, берегли ее, старались прикрыть от пуль и осколков. А ей мало было лишь своей службы милосердия—она рвалась в разведку. И своего добилась: наравне с мужчинами ходила в расположение противника.
«Смелого пуля боится»,—говорили солдаты. Но в одной из контратак вражеская пуля настигла Женю. С большой партией раненых ее отправили на военном корабле в Севастополь. Однако не в характере девушки было долго задерживаться в госпитале. Как только узнала, что ее бригада прибыла из-под Одессы и заняла позиции у Балаклавы, она сбежала к своим морякам, чтобы участвовать в боевых действиях. Так вместе со всеми Женя начала отсчет тех 250 героических дней, когда наши солдаты и матросы насмерть стояли у стен Севастополя. Поистине беспримерен был подвиг его защитников.
В конце июня 1942 года Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение временно оставить Севастополь. Женя покидала его с последней группой моряков. Уходили морем, вплавь, кто на чем. Лишь через трое или четверо суток их подобрала наша подводная лодка...
Кратковременная передышка, и санинструктор снова среди морских пехотинцев.
В боевой биографии Жени было немало знаменательных эпизодов, но один из них наверняка был самым памятным.
Однажды теплоход попал под очередной налет вражеских самолетов и загорелся. Начали спешно переправлять раненых в шлюпки. Выгрузку почти закончили, когда тяжелораненый командир сказал, что в каюте остался пакет с ценными документами. Услышав это, Женя быстро вернулась на горящий корабль, нашла и спрятала под одежду пакет, а на палубу выбраться не успела—потеряла сознание. Там и нашел ее один из членов команды и на руках отнес в шлюпку.
Так появилась у Жени первая боевая награда—медаль «За отвагу»- Товарищи понимали, что знаком солдатской доблести отмечен особый, чрезвычайный поступок, однако подробности узнали не сразу. Женя не любила говорить о себе.
Военная судьба кидала девушку по всему Черноморскому побережью Крыма и Кавказа. Домой она посылала то короткую открытку, то фотографию. Свое обещание —писать матери часто—выполняла аккуратно, пока Симферополь не был занят фашистами.
Заботилась и о сестре Лидии, которая с маленькой дочкой Женечкой находилась в эвакуации, переводила им деньги по аттестату.
Весна 1944 года. С ударным батальоном 83-й бригады морской пехоты Евгения Дерюгина участвует в самых жарких боях под Балаклавой. Только с 3 по 7 мая 1944 года она спасла жизнь 80 раненым.
В считанные минуты затишья 7 мая Женя торопится черкнуть несколько слов матери: «Жива, здорова, передаю всем боевой привет. Пока у меня есть время... буду давать знать о себе... Плохо только, что я не могу получать от вас... Вот просвистела пуля, сволочь, снайпер не дает писать. Ну, вот, мамочка, какая у меня жизнь... Мне очень приятно, что я являюсь защитником Севастополя. Вот скоро покончим с ненавистным врагом, тогда буду дома...» Отправить письмо не успела: возобновилась атака. Женя бросилась к раненому и тут же упала. Пятое ранение оказалось последним. Смертельным.
Свою любимицу морские пехотинцы похоронили в Балаклаве (позже по просьбе родителей она была перезахоронена в Симферополе). Ей, старшине 2-й статьи, воздали все солдатские почести. Четыре награды сияли на алых подушечках: орден Красной Звезды и медали «За отвагу», «За оборону Севастополя», «За оборону Одессы». Посмертно Евгения Дерюгина была удостоена ордена Отечественной войны I степени.
Сорок лет минуло с той поры. Но неизбывна боль в сердце матери—Марии Андреевны. Все так же остра память о сестре у Лидии Филипповны. Гордятся Женей племянники, знающие о ней лишь по рассказам родных.
Все напоминает о Жене и в квартире: фотографии на стенах, трепетно хранимые письма, документы, газетные вырезки, книги с публикациями. У Дерюгиных бывает много гостей: симферопольские школьники и учителя, друзья из Севастополя—из медицинского училища и судостроительного техникума, сотрудники музеев, журналисты. Сюда летят письма со всех концов страны.
Волнующим и незабываемым для Марии Андреевны и Лидии Филипповны был день 30 октября 1975 года, когда их пригласили в медицинское училище на открытие скульптурного портрета Жени Дерюгиной.
С тех пор первого сентября в вестибюле выстраивается торжественная линейка, и первокурсники дают клятву быть достойными памяти героини. В канун Дня Победы, когда по всей стране начинается вахта памяти, у скульптуры—почетный комсомольский пост. Группа поиска училища продолжает собирать воспоминания, документы и другие материалы о жизни отважного санинструктора, разыскивает тех, кто знал и помнит ее.
И для своих сверстников, и для нынешнего поколения молодежи Женя навсегда осталась двадцатилетней.

Т. СКОРБИЛИНА